В интервью beachsoccerrussia Юрий Горчинский рассказал о важных моментах за прошедший сезон, о победах и неудачах, а также о планах на будущее.
— Юрий, расскажите о вашей внеигровой деятельности. Чем занимаетесь сейчас?
— Ко мне обратились люди с проектом по созданию детской школы, академии. Ключевым аспектом проекта должно стать долгожданное строительство центра пляжных видов спорта. Уже примерно год мы этим занимаемся, и на самом деле уже много чего сделано. В целом есть всё, кроме, как обычно, одного — денег. Не успели мы в сборной заработать столько, чтобы ни у кого ничего не просить. Мы сейчас находимся в поисках инвестора, и я на полпути в этом проекте точно не остановлюсь.
Нужно поднимать и регионы. Там очень большой интерес к футболу вообще и к пляжному в частности. Да и как может не быть интереса, когда наша сборная всё выиграла. Пока мы — действующие футболисты, пока мы играем, грешно не откликаться на просьбы людей приехать. Я никогда в жизни никому с этим не отказывал: с одними только мастер-классами полстраны объехал, и дальше ездить собираюсь.
— В каких регионах уже были в этом году?
— Ростов, Волгодонск, Кострома, Ярославль, Калуга, да много чего было, всего и не упомнишь. Сейчас намечается Владимир, Екатеринбург. Если получится, то Челябинск, Казань и Камчатка — всё это есть в планах. Куда надо будет, туда и поедем.
— Расскажите о последних поездках в Ростов и Волгодонск.
— Поначалу разговоры были вообще по другому поводу, но потом люди заинтересовались, начались переговоры, и я решил приехать. Первым делом доехал до Ростова, где играл с 15-летними ребятами — победителями турнира «Кожаный мяч» по мини-футболу в очень хорошем зале. Мне когда сказали, что они чемпионы России, я понял, что надо потянуться, подготовиться (улыбается). Много ребят пришло, я поиграл с ними, ответил на вопросы, подарки подарил.
Потом был разговор с Виктором Гавриным из министерства спорта Ростовской области о заинтересованности пляжным футболом. Поговорили о стадионе на Зелёном острове. В Ростове-то есть стадион, просто об этом мало кто знает, потому что работает он летом и добираться туда надо по понтонам. Лагерь РЖД обсудили, который мы и открывали. Там замечательный песок, дети приезжают и занимаются только пляжным футболом под руководством хороших тренеров. Позитивный разговор получился. Люди не просто планируют, они уже начали строить центр пляжных видов спорта в Ростове. У них вообще серьёзные планы, но раскрывать их я пока не буду.
На следующий день поехал на машине в Волгодонск. Расстояние приличное, но мне и не привыкать за рулём (улыбается). В Волгодонске получилась очень насыщенная программа. Сначала приехали в гимназию «Юнона». Я посмотрел спортивный зал, удивился, как мы будем играть в таком маленьком, но мне сказали, что мы сейчас поедем в небольшой пригород на базу отдыха. А там меня зал по-настоящему поразил — он был огромный!
Там, наверное, у меня был самый тяжёлый матч в этот день. Директор школы на двухэтажном автобусе привёз класса три-четыре мальчишек и девчонок. Разделились сразу: 10-классники против 11-классников. Я начал играть за 10-классников, которые вроде бы физически были послабее. Игра получилась искромётной, сыграли 7:7. Мне пришлось четыре гола забить. Причём два из них мы забивали сразу после того как пропускали: так как номинальных вратарей не было, пока соперник радовался, мне откатывали мяч с центра, и я за шиворот закидывал мяч в ворота (улыбается). После этого учительница 11-классов сказала, что зачёт своим ученикам не поставит (смеётся). Потом серию пенальти провели, причём я встал в ворота. Мне забили один, а мы — два, причём я сам не забил. Потом вопросы задавали. Ребята, понятное дело, на футбольную тему, а девчонки «отличились»: спрашивали, какие ночные мероприятия в городе собираюсь посетить. Посмеялись вместе. Отличная была поездка.
Затем часа через три-четыре поехал в ДЮСШ №5, там уже были поменьше ребятишки — 11-12 лет. Огромная школа, но там тоже был небольшой зал для мини-футбола. И поскольку погода позволяла: 20 градусов тепла после нашей заснеженной Москвы — мы перешли на большое поле. Побегал, ответил на вопросы, пофотографировался со всеми. Так что очень насыщенный выезд получился. Всем, кто к нему причастен, хочу сказать огромное спасибо. Вот только на Дон не съездил, рыбу не половил, хотя предлагали. Оставил до лучших времён (улыбается). Но я зарядился позитивом. Всё прошло замечательно!
— А где была исполнена очередная бисиклета?
— В Обнинске, там тоже был мастер-класс. Спорткомплекс порадовал наличием крытого стадиона с песком, не каждый регион может похвастать такой площадкой. Такого стадиона до их пор нет даже в Москве. Дети впервые играли на песке. Много эмоций и много сложностей: привыкшим играть на искусственной поверхности непросто приноровиться к игре на песке. Однако именно песок задействует все группы мышц и делает игру максимально безопасной для детей.
(Видео можно увидеть в Инстаграме команды «Локомотив»)
Мастер-класс прошёл на базе МБОУ ДО «СДЮСШОР по волейболу Александра Савина» при поддержке региональной общественной организации «Федерация футбола Калужской области» и председателя Романа Жуленко и местной общественной организацией Федерация футбола Обнинска в лице председателя Льва Березнера.
— Что даёт регионам приезд игрока сборной?
— Это детям даёт положительный импульс, ведь всегда приятно поиграть в футбол и пообщаться с человеком, которого они в телевизоре видели. Для них мы — известные люди, что-то выигравшие в футболе. Всё остальное — разговоры, переговоры, чиновники, инвесторы — начинается потом. В наше время главное — заинтересовать людей. Понятно, что в стране кризис, проблемы, но интерес есть. Многие хотят открыть региональные школы, и это для нас сейчас главная задача в каждом регионе, куда я буду ездить.
— Но у вас есть и личный проект. Расскажите о нём подробнее.
— Личный проект касается строительства центра пляжных видов спорта именно в Москве. Известно, что «Спартак» и ЭЛМОНТ уже такие строят в области. Но, если говорить честно, то в Подмосковье уже несколько лет назад в двух-трёх городах такие могли бы быть. В Ногинске, Зеленограде, Чехове мэры городов были готовы отдать землю в безвозмездное пользование для строительства спортивного объекта под названием «Центр пляжных видов спорта». Но это всё далеко, туда не наездишься. Я лично хочу построить в Москве, привлечь людей, которые этим заинтересуются. А если получится и где-то в регионах поставить, то против точно не буду.
— Что-то есть уже, кроме вашего желания?
— Есть всё: от бизнес-плана до расчётов всего и вся — все цифры.
— О каких суммах идёт речь? Сколько нужно денег, чтобы построить центр пляжных видов спорта в Москве?
— Чтобы построить хороший, достаточно большой центр, с футбольным полем и шестью волейбольными площадками, нужно до 100-120 миллионов рублей. Это с учётом земли. Понятно, что сумма может колебаться, но за верхнюю границу мы точно не собираемся выходить. Можно и дешевле построить, но здесь у нас расчёт того, что мы хотим.
— А где в Москве можно найти землю для постройки?
— Земля есть, только она стоит дорого и в большинстве случаев находится в природоохранной зоне. Сейчас много вариантов рассматривается, поэтому говорить об этом пока не стоит. Всё ещё на стадии планирования, встреч и разговоров. Не знаю, открою ли какой-то секрет, но на метро «Полежаевская» был построен центр пляжных видов спорта. Территория небольшая, но для занятий теннисом и волейболом подходит. С футболом пока непонятно.
— За сколько лет ваш проект может окупиться? Есть ли такая задача?
— Да, задача есть. Это коммерческий бизнес-проект, как и всё, что есть сейчас в нашей стране. Понятно, что для примера мы брали «Динамит». Окупаемость — от трёх до пяти лет. Однако пляжные виды сейчас настолько популярны! Набирает обороты пляжный теннис — вся Европа в него играет. Волейбол — олимпийский вид спорта. Футбол сейчас достаточно популярен. Всё это нужно просто развивать. Я играю уже 11-й год, а вопрос воспитания молодёжи не снимается. И если раньше я говорил, что надо развивать детский пляжный футбол, мечтал, чтобы нам построили стадионы, то за последний год решил взяться за дело самостоятельно. Я гоню прочь осознание, что рано или поздно мне всё равно придётся закончить, но после неудачного года оно приходит всё чаще. У меня было много времени на раздумья, и я выбрал для себя направление дальнейшего движения.
— То есть, вы всё-таки планируете завершить карьеру и сосредоточиться на работе в пляжном футболе вне площадки?
— А я в интервью 5 мая честно сказал, что хочу закончить на Багамах в звании трёхкратного чемпиона мира. Тем более что мой день рождения попадал бы на выходной между четвертьфиналом и полуфиналом. А потом мы проиграли Польше½ Хотя я и сейчас надеюсь, что мы всё-таки поедем на чемпионат мира.
Хотел ли закончить уже в Дубае? Да, на эмоциях думал об этом. Мы там всегда играем как дома — более серьёзная поддержка у нас только на домашних соревнованиях. Пять лет — пять финалов — лучше ничего я не видел, если оставлять домашние соревнования за скобками. Хотел там красиво закончить, но шанса не получил.
Но я всё равно закончу. Видимо, в 2017 году. Правда, это будет касаться окончания карьеры в сборной, а не в «Локомотиве». Конечно, хочется нормально уйти. Мне ведь говорили, что я старый, когда я только пришёл в сборную. Пусть теперь молодые играют. У меня было время подумать над датой, особенно когда в Дубае вышел календарь на сезон, и я увидел там этап Евролиги в Москве. Если это опять будет Строгино — мой родной район, где я вырос, родился, играл за «Строгино», в составе которого мы не проиграли ни одного матча за два года, то было бы идеально сделать это там при своих болельщиках. Тяжело, наверное, придётся, но я справлюсь. Хочется ведь красиво закончить, а не просто сказать, что, мол, всё.
— Тяжело ли осознавать, что пришло время заканчивать карьеру?
— Уже нет. Я понимаю, что если мы не поедем на Багамы, то следующий чемпионат мира у нас будет в 2019 году. Чтобы туда попасть, надо отобраться в 2018-м. Может быть, я и доиграю до 42-43 лет, но это точно будет не на уровне сборной. Смешить народ своим паспортом я не буду. Хотя, с другой стороны, жалко, что люди иногда смотрят в паспорт, а не на футбольное поле. Раньше такого не было. Как сыграл, так и вызвался в сборную. Я понимаю, что у нас омоложение, смена поколений, но пусть за меня говорят мои действия на поле, а не цифры в паспорте.
— Что скажете по поводу судьбоносного матча с Польшей?
— Наверное, это один из самых чёрных дней в истории нашего пляжного футбола. Были, конечно, у нас поражения, но мы всегда отбирались на чемпионат мира.
— Помните тот день?
— Да я всё помню, даже 2006 год (улыбается). Всё было как обычно. Хотя сейчас я понимаю, что матч с Польшей мы проиграли уже после просмотра матча Украина — Польша. В голове проиграли. Мы всерьёз её не восприняли. После победы над Молдовой было много разговоров, например, что Польшу завтра обыграем, забив много мячей, чтобы задел перед Украиной сделать. И разбор такой был: нарезали 23 или 25 роликов матча Украина — Польша. Там было четыре гола Польши, а в остальных эпизодах Украина просто возила соперника. Польша мяч не видела, просто стояла в окопах. Она и с нами в окопах простояла, зато поехала на чемпионат мира. И Украина должна была полякам с десяток забивать, и мы. Но получилось то, что получилось. Как Украина недооценила Польшу, так и мы. А мы Польшу только один раз обыграли крупно, а в остальных матчах - на Кубке РФС, в Евролиге, с ней всегда приходилось мучиться.
— Может, команда, списав Польшу, уже готовилась к матчу с Украиной, который должен был стать решающим?
— Нет, никто так не готовился. Я видел всё и понимал, что все готовились к матчу с Польшей. Кому-то, может быть, эта мысль залезла в голову, но цель на сезон была одна — отбор на чемпионат мира. Можно было все турниры проиграть кроме одного. В этом и есть катастрофа этого сезона. Лично для меня это была главная мысль. Одно дело — обыграть Польшу 10:0 и потом крупно не проиграть Украине. Но была и обратная сторона. Если ты проигрываешь, то вообще никуда не поедешь. Матч с Украиной будет просто не нужен — так оно в итоге и получилось.
— Вы знали, что не будете играть? Догадывались?
— На протяжении всей карьеры в сборной о своём непопадании в состав я узнавал на установке, но в матче с Польшей могли играть все. Я был в заявке, был на скамейке запасных. А то, что я не вышел — это вопрос не ко мне. У сборной есть тренер, и он всё решает в нашей команде. И несёт за это ответственность. Я никогда не обсуждал тренерские решения, и, пока я игрок, делать этого не буду. Если я не сыграл, значит, тренер посчитал, что кто-то был сильнее.
— После матча тренер говорил с вами, объяснял, почему не выпустил на поле?
— Мы редко общаемся с Михаилом Викторовичем, а после такого поражения ни у кого ни с кем желания разговаривать не было. Тренер провел собрание, попытался настроить команду на оставшиеся матчи, упомянув о том, что есть возможность получения пятой путевки, которую могут дать Европе.
— В какой момент матча вы почувствовали, что что-то пошло не так?
— Да много таких моментов было. Я думал, что перелом случится, когда Островский пенальти отбил. Сравняли, вытянули½ Хотя голы в наши ворота до сих пор из головы не выходят. По первому голу вопросов нет, хотя разбирали мы эту левую ногу Сагана. Но когда у нападающего такое исполнение, справиться с ним трудно! Он ведь Украине забил ещё более сумасшедший мяч. А второй гол — это, конечно, катастрофа для игры такого уровня. Кошмар. А дальше½ Там столько надо было забивать. Мне кажется, мы вратарям отбили все части тела. Ударов в створ у нас было точно не меньше 30-40. Просто надо было где-то спокойно забить, закатить, а не пытаться порвать мячом сетку.
— Что думаете о шансах на расширение чемпионата мира-2017?
— Я в них не очень верю. Надеюсь, но слишком они призрачны. Кому-нибудь должно быть нужно, чтобы мы туда попали. А одного желания министра спорта Багам, мне кажется, недостаточно. Это должны решать в ФИФА. Хотя вот в мини-футболе уже 24 команды, которые играют чуть ли не две-три недели. А здесь и 16 — мясорубка. Мы можем только ждать и подчиниться итоговому решению. Обсуждать нечего. Мы шесть раз принимали участие в отборах к чемпионату мира, и шесть раз подряд выходили. А соперники у нас были намного сложнее: и вечная Швейцария, и французы, и испанцы. Так что ссылаться на то, что мы проиграли Польше, просто неразумно. Мы не вышли на чемпионат мира. Всё, сезон на минус.
— Помимо поражения от поляков в этом сезоне был и разгром от Бразилии. После этого матча говорили, что это катастрофа, что мы видим реальное состояние сборной½
— На самом деле мы все с 2011 года гордились нашей победой со счётом 12:8, чего скрывать. Спроси любого игрока — он первым делом вспомнит этот матч и 12:5 по ходу. Мы этим финалом гордились, гордимся, и он на всю жизнь останется в нашей памяти. Но после 0:7 наши 12:8 меркнут. Катастрофа? Я не могу этого сказать. Из последних семи матчей мы проиграли бразильцам всего один. И эта сборная была не сильнее той, которую мы без дисквалифицированного Леонова обыграли в 1/4 финала чемпионата мира в Эшпиньо.
Я в тот день мчался домой с игры ЛФЛ, чуть не попал в аварию по пути — так хотел посмотреть этот матч. Планировал посмотреть его в записи, но по трещащему телефону уже понимал, что мы проиграли. Я ничего не читал, не смотрел, просто включил матч, не узнавая счёта. Но после 0:4½ Я не могу сейчас рассказать всё, что я сделал после матча, но тоска была волчья. Причём не только у меня. Вспомните интервью Бухлицкого - эмоции те ещё. Посмотрите все остальные его интервью, сравните их и поймёте, что с нами происходило в эти часы.
— Считаете, что Андрей высказывался слишком резко?
— Это были искренние эмоции. Можно было, конечно, сказать, что ничего не случилось, но как, если у нас даже песня об Аргентине и Ямайке есть, а там всего 5:0? При всём том, как складывалась игра, это был перебор. По первому периоду было сложно поверить, что будет такой счёт. Равная игра была, даже гоняли эту Бразилию в первом тайме. Так что я просто не верил, что мы вообще можем проиграть.
— В чемпионате России научили бразильцев играть½
— В 2007 и 2008 годах, когда мы проигрывали бразильцам на чемпионатах мира, нам всегда задавали вопросы, почему мы не можем их обыграть. Мы говорили, что мы мало с ними играли. И той же Аргентине мы проигрывали. Но потом были клубные чемпионаты мира, бразильцы потихоньку приезжали к нам, и мы их изучали. Мы ездили в Бразилию, набирались опыта в Европе, в итоге дошли до 12:8. А теперь вся сборная Бразилии, за исключением вратарей, играет в России. Это нонсенс, когда сборная Бразилии проводит в Строгино сбор перед Мундиалито. Вот тебе и родоначальники пляжного футбола!
Но они тоже учатся, и Коста всех разобрал — это было видно. Понятно, что бразильцы индивидуально лучше нас, но мы никогда и не претендовали на то, чтобы быть сильнее по одному, а всегда выигрывали командой. А после 0:3 и 0:4 показалось, что команда больше хотела закончить этот матч, нежели вытащить его. Швейцария на московском этапе Евролиги с 0:4 выбралась, а мы не смогли.
— В чём же причина?
— Не знаю. Когда ты не внутри команды, трудно говорить о причинах. Я понимаю, что там происходит с позиции десяти лет, проведённых в команде. Понятно, что Шкарин заболел. Но есть и ещё кое-что: мы как-то посчитали с Леоновым, и почти во всех матчах против бразильцев мы больше половины голов забивали со стандартов: ауты, угловые, штрафные, разводы с центра. Одно исключение было, когда Ягр забил четыре гола. Здесь же был ноль. Были в матче две штанги, но больше явных моментов я и не вспомню. После такого счёта у меня игра вообще выпала из памяти.
Кстати, о стандартах. Я посмотрел, сколько бразильцы спёрли у нас комбинаций — это просто катастрофа. Я насчитал три-четыре. Датинья с Шавьером делали свои «кристалловские» — их видно было. Даниэль и Катарино головой после наших стандартов забивали. Такое ощущение, что наши футболки переодели и стандарты разыгрывали. Это бросилось в глаза ещё на групповом этапе. Как мы когда-то учились, что-то подсматривали у испанцев, французов, бразильцев, так и другие сборные учатся.
— Не удивило, что Леонова не будет в составе?
— Меня — нет. Я с ним общаюсь и знал, что его не будет.
— Станкович, узнав, что Леонов не сыграет, сказал, что это большая ошибка.
— Я со Станковичем конкретно на эту тему не общался, но переписывался с ним во время Межконтинентального кубка, когда увидел, что они сидели с Сидоренко и Маджером на трибунах. Я Станковичу написал СМС, а он мне ответил «Iloveyoutoo» (смеётся). Для меня Станкович как футболист и как человек — легионер номер один из всех, с кем я играл в одной команде. Он действительно человечище при всём его величии как бомбардира и нападающего. Это нереально позитивный, добрый человек. Он на первом месте — это даже не обсуждается.
На Бразилию нет смысла всё сваливать, ведь был и матч с Ираном, который нужно было выигрывать. Всё решают мелочи. Да, проиграли 0:7, но катастрофой я это назвать не могу. Да, это больно, чувствительно. Для всех, кто играл, это будет большой минус на всю жизнь. Есть 12:8 — плюс на всю жизнь. Есть и 0:7 — минус. Но это надо забыть, выкинуть из головы. На следующий день собрались, выиграли у Таити непростой матч. Хотя понятно, что собраться было непросто. Но вышел отдохнувший Леон, треснул от своих ворот, расчехлил свою пушку. А я в телевизор кричал: «Красавчик, „пенсион“!»
— Куско в интервью после Межконтинентального кубка сказал, что не понимает, почему все искренне считают, что сборная России не может проиграть, не может не отобраться.
— А у нас страна такая, спорт такой. Всегда нужна только победа. А если ты проигрываешь, то тебя забывают, поливают грязью, негативом. Вся суть в том, что мы не отобрались, понимая, что были главными фаворитами турнира. Да, это огромный знак минус, но не катастрофа. Катастрофа — это когда ты не отобрался, а твой вид спорта закрыли, замок на него повесили. А у нас начнётся новый сезон, придут новые эмоции и всё начнётся заново. Будут ещё чемпионаты мира, просто надо дорожить тем, что есть. Мы всем этим всегда дорожили, на каждый матч выходили как на что-то новое в нашей жизни.
— Что-то позитивное из всего произошедшего можно вынести?
— Позитивное — что нам дана жизнь, и прожить её надо так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы (улыбается). Всё нормально, жизнь продолжается. Ни у кого из тех, кто играл в этом не очень весёлом по результату матче, карьера не закончилась, а сильный спортсмен — это тот, кто может всё переосмыслить, разобраться в себе и найти новые силы, чтобы дальше продолжать выигрывать. Я не сомневаюсь, что у нас все в команде именно такие. Первый звоночек прозвучал, в дверь постучались. Мы услышали.
— Какие у вас планы на Новый год?
— До Нового года еще предстоит собрание команды в «Локомотиве», где будут подведены итоги года. В непринуждённой обстановке, надеюсь (улыбается). Благо, сезон в клубе получился более позитивным, нежели в сборной.
А Новый год для меня всю жизнь был домашним праздником. Наготовлю себе ведро оливье и буду есть его до Рождества (улыбается). Обычная программа пляжного футболиста по фамилии Горчинский. После Нового года в свете всех клубных дел, которые якобы намечаются в 2017-м, надо съездить отдохнуть. В последний раз мы с Леоновым отдыхали в Доминикане в 2013 году. А сейчас надо поднабраться позитива, солнца, моря. Стоит попробовать куда-нибудь рвануть дней на восемь-десять. И я попробую!
Напомним, что «Локомотив» в этом сезоне не смог выиграть Кубок Двух Столиц 2016 и Чемпионат России по пляжному футболу, проходившие летом, но выиграл Кубок России-2016 в конце сезона в сентябре.
Источник: beachsoccerrussia
Автор: Виталий Погодин